И кто-то считает, что это подвох,
И кто-то кричит, что провал.
И каждое слово - признак того, что мы
В комнате, лишенной зеркал.

(«Комната, лишенная зеркал», 1983)

14. ПРИШЛА СЕСТРА ХАОС, УСТРОИЛА ПОСЛЕ СЕБЯ БАРДАК

Поведение толпы, известное под именем "человеческая история", один из популярнейших примеров "хаотического движения". Приписываемая человеку "свобода воли" лишний раз акцентирует хаотичность и непрогнозируемость поведения индивидуумов, составляющих человеческое сообщество. Однако проповедники теории хаоса обнаружили, что даже человеческая толпа, каждая частичка которой, казалось бы, абсолютно свободна в своей "воле" к перемещению, непременно паттернизируется, разбиваясь на пучки фракталов. "Толпа", выглядящая в своем движении хаотической, оказывается, ведет себя как организованное множество! Иллюстрация того, что поведение "толпы" в историческом времени обнаруживает себя фрактально организованным движением не в меньшей степени, чем вся остальная природа этой вселенной, является одной из целей данного текста.

Метафорическое пространство, годами развивающееся в фантазиях Поэта, выглядит, так же как поведение толпы, хаотическим на поверхности, но исключительно фрактально организованным изнутри происходящих в фантазиях Поэта образных ассоциаций.

Разрушенность привычной логики слов в их прямом значении в текстах БГ вполне подпадает под определение хаоса, как нечто, со слов М. Немирова, "идиотское". Мирослав Немиров, "Все о поэзии 88. Гребенщиков, Борис" : "Мир на глазах менялся и становился другим: и новым, и неожиданным, и дурацким. И - непредсказуемым... песни, которые резкие, которые также точные, и также сжатые, и жизненные, и при том - ИДИОТСКИЕ, и еще и в придачу - скандальные".

Действительно, метафоры создают хаос или логический беспорядок в привычных способах соединения слов в предложения. Способность метафор вызывать беспорядок оказаласьвыраженной на разговорном языке понятием "идиотские", что, с точки зрения формальной логики, весьма правдоподобно. По отношению к привычной логике слов, поэтические метафоры создают неожиданные, логически случайностные ассоциативные образы и связи, выглядящие хаотическими ("идиотскими") по отношению к определенности слов как, своего рода, языковой детерминированности.

Сарданапал, надменный азиат,
Зачем мой шкаф служил тебе жилищем?
Мы шествуем по улицам и свищем,
Сзывая всех в далекий райский сад.

Но сгнили их конкретные умы
В процессе потребления продуктов
Что им с того, что твой кузен кондуктор,
Наследный принц Уфы и Костромы.
("Сарданапал")

Фракталами в метафорическом хаосе оказывается самоподобие одних и тех же метафор или идей, выраженных разными метафорами. Так, при всей кажущейся логической бесмысленности текста "Сарданапал", метафора "далекого райского сада" первой (в моем восприятии) обнаруживает себя фракталом, повторяющимся в других текстах, и потому оказывается способной привнести смысл паттерна метафоры "сад" даже в этот, бесспорно, "хаотический" текст.

Итак, фракталы, как в нашем случае, метафора "далекий райский сад", являются паттернами хаоса. Того самого хаоса, из которого, по утверждению И. Пригожина, вырастает новый порядок. Если речь идет о языке и мышлении, то из хаоса вырастает новая логика и новая философия. Вот и поэзия БГ, начавшись как поэтический хаос, достигла высот... религиозного символизма (см. вторую часть этой работы).

Если эшеровский "принцип дополнительности" в отношении языка и самого человека, выраженный в зрительных метафорах, звучит пророчеством появления новой логики и новой философии, то следующий шаг в том же самом направлении делает поэтическая образность БГ.

В зрительных метафорах "Рептилий" пророчеством прозвучало то, что описание мира с позиций линейности аристотелевской логики должно быть дополнено нелинейностью его метафорического описания. Эту задачу как раз и решил наш Поэт.

В отношении самого человека, пророчество Эшера звучит следующим образом. Представления об думающем линейно интеллекте должны быть дополнены представлением о нелинейной, многомерной, фрактальной психике, постилающей интеллект и сознание. И эту задачу, описав ее условия в поэтических образах, наш БГ решил, в чем мы непременно убедимся.

В целом и в главном, "Рептилии" говорят о существовании в чем бы то ни было двух измерений. Идея двух измерений человеческого существования в историческом очеловеченном пространстве развивается исключительно фрактально, как если бы это было воображение одного человека. Идея двух измерений развивается равным образом в творчестве Эшера и в творчестве БГ. "Фрактальность" в данном случае означает "самоподобие" одной и той же идеи, выражаемой посредством различных метафор: зрительные метафоры создал Эшер, поэтические метафоры, как мы увидим в следующих главах, созданы БГ.

До того времени, как та же идея двух измерений человеческого существования и человеческого восприятия будет выражена философскими концепциями, нам не остается ничего другого, как пытаться перевести смысл поэтических метафор на привычный нам язык. Перевод поэтической образности на язык слов в их прямом значении и линейной логике есть нечто грубо - ЛИНЕЙНОЕ , своего рода, "геометрия лома в хрустальных пространствах..." ее величества Поэзии.

читать следующую главу