Я бы увидел нас как мы есть,
Как зеленые деревья и золото на голубом.

(«Золото на голубом», 1986)

4. СПОСОБЫ ПРЕВРАЩЕНИЯ СЛОВ В КРАСКИ ПОЭТИЧЕСКИХ ОБРАЗОВ

В обыденной, непоэтической речи то, что дано в словах, является прямым названием вещей или концепциями вещей. Главное назначение поэта - увести восприятие слушателя от слов в роли понятий и концепций - к восприятию мира более непосредственно: в зрительных и звуковых образах на уровне пяти человеческих чувств. Они, эти чувства или ощущения, случающиеся нашему восприятию как бы сами по себе, только и позволяют существовать нашему воображению и вслед за ним - интеллекту. Человеческое ухо легко улавливает фальш при восприятии музыкальных звуков, тогда как интеллект исторически известен своими заблуждениями в определении истин. Поэт, рисуя словами, позволяет слушателю напрямую воспринимать мир (не интеллектом, но.. "сердцем"), прислушиваясь сам и "прислушивая" нас к ПЯТИ здравым человеческим чувствам:

СЛУХУ: "не знаю, как у вас - у нас всегда кто-то сверлит; "веди меня туда, где начнется джаз"; "машинист зарубает Вивальди и музыка летит меж дерев";

ЗРЕНИЮ: "просто здесь красный, где у всех голубой"; "как на черном - так чистый, как на белом - рябой"; "белый город на далеком холме, свет высоких звезд";

ОБОНЯНИЮ: "куда угодно, лишь бы воздух был посвежей"; "ты заставила меня вдыхать пранаяму"; "от ромашек-цветов пахнет ладаном из ада"; " в воздухе запах газа";

ОСЯЗАНИЮ: "иду по битым стеклам линии огня"; "она жжет как удар хлыста"; "и теперь я здесь - и я под током"; "я смотрю, как по белоснежной коже медленно движется лезвие ножа"; "и дневной свет - наждак;

и даже НА ВКУС: "сухая ярость в сердце, вкус железа во рту"; "по вкусу водки из сырой земли и хлеба со слезами".

Эта способность поэзии уходить от описания чего бы то ни было в словах-названиях вещей к непосредственному описанию объекта в зрительных, звуковых образах была блестяще замечена еще А.Шопенгауэром. В точном соответствии с сущностью того образно-чувственного описания мира, которое тысячелетиями принято считать поэзией, тексты БГ являются, скорее, образными картинами, нежели развитием сюжета по классическим канонам языка прозаического. Вот одна из таких картин:

Возьми снежно белый холст,
Тронь его зеленым и желтым,
Ослепительно синим.
Сделай деревья и они тебе скажут,
Как все, что я хотел,
Становится ветром, и ветер целует ветви.
"Иван-чай"

Основным поэтическим приемом превращения прямого, прозаического языка в образную речь является троп. "Троп" (англ. trope) происходит в английском языке от слова, в буквальном смысле означающего "поворот", "изгиб". Известно несколько таких способов-поворотов, превращающих привычное, словарное значение слова в нечто, скорее, рисующее, нежели описывающее. Разновидностями тропа считаются: сравнение, метафора, метонимия, персонификация, синедоха. С помощью тропа, как своеобразной тропы, уводящей в сторону, самые обычные слова помогают читательскому воображению выйти за пределы словарного значения слов так же, как и за пределы тех создающих смысл линейных связей, которыми слова соединяются в обычном прозаическом предложении. В образной речи слова превращаются в краски и звуки, способные описывать мир многомерный, разноцветный и звучащий.

Моя жизнь дребезжит, как дрезина,
А могла бы лететь мотыльком...
"Голубой Огонек"

"КАК дрезина" - это сравнение, а вот "летит мотыльком" - уже метафора, поскольку частица "как" отсутствует и сам факт этого "отсутствия" превращает "сравнение" в "метафору". Заметьте повторение звуков "ж", "з" и "др" в последовательности слов первой строки: "моя Ж-жиЗ-знь ДР-ребе-ЗЗ-Жжит как ДР-еЗЗина". Подобный поэтический прием, заставляющий слова не только "значить", но и звучать, называется аллитерацией. Форма звучания слов усиливает значение сказанного, производя эффект на наши органы слуха непосредственно звучащими согласными и создавая в нашем воображении ощущение др-ребез-зжащей жизни. Не жизнь, а прямо-таки, дребезжащая на стыках рельс дрезина.

Но вот твоя боль, так пускай она станет крылом... "Лебединая Сталь"

Боль не может в буквальном смысле быть крылом, конечно же, это метафора. Метафора, как поэтический прием скорее рисующий, нежели описывающий, соединяет в поэтическом рисунке то, что в прозаическом описании кажется логически несоединимым. Не прямое значение слов "крыло" и "боль", но образ "крыла", как символ чего-то летящего, изменяет смысл слова "боль" как боли физической на "боль" в переносном, образном значении... На поэтическом языке метафора "боль" описывает нечто в человеческой психике, веками известное народной мудрости под словом "душа":

Но бьется у сердца жажда,
Которую словно БОЛЬ,
Одни называют блажью,
Другие - судьбой.
"Бег"

Только душевная боль, не физическая, может помочь человеку взлететь над самим собой, на другой, новый уровень восприятия себя и мира. "Крыло" же, в своем буквальном смысле, является лишь частью какого-то летающего целого: птицы или самолета. По отношению к слову "боль", "крыло" является метафорой, но слово "крыло" само по себе, как часть, выступающая в роли целого, является примером такой разновидности тропа как синедоха.

Первая звезда сказала: "Ты первый."
Ветер научил меня ходить одному.
"Брод"

В буквальном смысле слов, звезды не разговаривают и ветер не может учить чему-либо. "Очеловечение" вещей, распространение человеческих свойств на то, что человеком не является - поэтический прием, называемый персонификацией. Однако...

читать следующую главу